Хрестьянин (ltraditionalist) wrote,
Хрестьянин
ltraditionalist

Categories:

Арктическая истерия 3.

Оригинал взят у anton_platov в Арктическая истерия 5.

4. Небольшое отступление.

Защита от арктической истерии


Здесь мне хотелось бы сделать шаг в сторону и, ненадолго оставив в стороне исследование природы АИ, взглянуть на связанные с ней этнографические материалы с несколько иной точки зрения.

В целом, все коренные северные народы относятся к феномену АИ с изрядной долей здорового северного фатализма. С одной стороны, это, несомненно, обусловлено причинами сакрального характера: действительно, ну что рядовой обыватель может сделать с духами или, тем более, с небесным огнём и Полярной звездой? С другой стороны, и с точки зрения сугубо материалистической, якут, юкагир или лапландец мало что могут сделать, дабы помочь своему соплеменнику, подверженному АИ.

Непосредственно во время приступа АИ северяне просто стараются облегчить участь страдающего (расстёгивают ему ворот, снимают пояс и т.д.), а главное – по возможности стараются предотвратить травмы и другие потенциальные негативные последствия.

Что же касается борьбы с данным недугом (если АИ можно так называть) в целом, «глобально», то основной метод здесь, разумеется, – обращение к шаману. Но и тут есть целый ряд ограничений. Во-первых, работать с АИ – по тем традиционным представлениям, которые нам известны, – может только шаман достаточно высокого уровня посвящения, обладающий большой силой. Такой есть не на каждом стойбище и не в каждом селе. Во-вторых, и сильный шаман может что-либо сделать только с «личной» АИ, являющейся, например, результатом злонамеренных действий другого шамана; «зов» Полярной останется ему неподвластен (да и не угадаешь ведь, когда и для кого он «прозвучит»)…

5. Формы, распространённость
и динамика распространённости


М. Токарский( 1890) выделяет ложное меряченье, понимая под этим проходящее состояние, развивающееся под влиянием аффекта (чаще всего испуга), поддерживаемое путём умышленных пуганий, щекотки, неожиданных толчков и выражающееся в различного рода рефлекторных движениях.

Действительно, у П.Рябкова в «Полярных странах Сибири» (1887) находим:

В бытность в Среднеколымске исправником Л-ва, кажется, в начале 70-х годов, почти половина всех молодых женщин и девушек начали эмирячить. Этот исправник, заметивши сильную нервность колымчанок, начал над ними шутить, пугая внезапным криком, стуком, или просто подходил к ним сзади и щекотал под «мышками» - местные нравы допускают подобные шутки. Девушки вскрикивали, вздрагивали и истерически хохотали. Проделывая такие штуки, исправник своим гипнотизированием довёл девушек до того, что они начали уже и дома впадать в истерику и эмирячить…

Развитие такого варианта меряченья возможно даже и без внешних факторов. Там же у Рябкова видим такое свидетельство:

Есть и такие личности, преимущественно среди женщин, которые, как нам за достоверное передавали, из корыстных видов – в ожидании подачек из сострадания к несчастной – а другие для смеха, для потехи окружающих, стараются подражать эмирячкам, и эти подражания, повторяясь часто, переходят, наконец, в действительное, мимовольное эмирячество. На одного такого субъекта указывали мне в Верхоянске. Это не старая ещё якутка-девушка, которая в кругу своих подруг подражала эмирячкам, а теперь сама стала эмирячкой – не притворщицей.

Мицкевич (1929), неизменно корректный во всех остальных вопросах, связанных с АИ, здесь вступает в полемику с Токарским – и допускает грубейшую ошибку, валя все истерические состояния «в одну кучу». Разумеется, «довести» человека до состояния истерики можно не только в приполярной зоне; само наличие симптомов истерики не даёт нам повода a priori говорить об арктической истерии – даже, если окружающие используют для обозначения этих состояний один и тот же термин. А главное заключается в том, что будучи похоже на истинную АИ своими внешними проявлениями, ложное эмиряченье в магическом отношении кардинально от неё отличается, не имея никакого отношения к тому кругу магических параксоидальных состояний, с разговора о котором мы начали этот очерк.

В этом отношении мне хотелось бы привести короткую цитату из известной работы Н.И.Харузина, посвящённой этнографии лопарей Кольского полуострова (Н.И.Харузин. Русские лопари. Очерки прошлаго и современного быта. М., 1890.):

В то время как одни лопари, по словам односельчан, являются лишь «маленько колдунами», другие [нойды – А.П.] прославились на большое пространство, и к ним приходят издалека за советом и зовут их в отдалённые погосты для излечения больного и гадания...

Здесь мы имеем практически полную аналогию с феноменом АИ.

«Шаманит» на Кольском едва ли не каждый второй лопарь (на конец XIX века), но, по меткому выражению информатора Харузина, абсолютное большинство из них – лишь «маленько колдуны». При всей схожести внешних проявлений, истинных шаманов – нойдов – единицы.

То же – и в отношении АИ. Когда Рябков пишет: «в Среднеколымске […] в начале 70-х годов почти половина всех молодых женщин и девушек начали эмирячить», - это отнюдь не означает, что арктическая истерия принимала когда-то в Среднеколымске такие масштабы. По большей части здесь мы имеем дело именно с «ложным меряченьем».



*   *   *

Продолжая эти рассуждения, мы подходим к очень важному вопросу о распространённости АИ или, что то же самое при взгляде с другой стороны, – к вопросу о вероятности развития синдрома АИ при нахождении человека в полярном регионе.

Размышляя в этом направлении, прежде всего, необходимо отметить, что имеющиеся в нашем распоряжении данные, увы, совершенно не достаточны для того, чтобы делать хоть сколько-нибудь категоричные выводы. Наверняка огромное количество случаев АИ попросту не зарегистрировано: никто и никогда не вёл подобной статистики. В отношении документированных случаев – далеко не всегда возможно «задним числом» достоверно определить, имела ли место именно АИ или некая иная психопатология. Есть и другие факторы, затрудняющие, к сожалению, объективную оценку.

Собственно говоря, вопрос сводится даже не к определению того, насколько часто возникают случаи АИ, а к оценке соотношения количества людей, потенциально подверженных АИ, и людей, имеющих к ней иммунитет. Действительно, как на этнографическом, так и на современном медицинском материале мы видим, что по отношению к АИ и близким к ней психопатологиям люди делятся на две большие категории (группы):

1. те, у кого ни при каких условиях не возникнет синдром АИ в его полноценной (жёсткой) форме – с наступлением СПС и погружением в глубокий транс, с проявлением эффектов «Зова» или управляемости и т.д.;
2. люди, для которых при возникновении соответствующих внешних условий наступление жёстких форм АИ предопределено.

Вероятно, следует выделять ещё одну категорию, включающую в себя и категорию 2 (см. рис. ниже):

2bis. люди, склонные к лёгким и/или «ложным» формам АИ.

Первый аспект проблемы, настойчиво требующий, чтобы его рассмотрели, это, разумеется, влияние этнического фактора. С одной стороны, мы знаем, что АИ подвержены как представители аборигенных народов Заполярья, так и европейцы. С другой – соотношение между означенными выше категориями для тех и других различно:

Эмирячеством страдают как русские, так и инородцы [аборигены – А.П.], с тою только разницей, что меж последними болезнь эта больше развита и проявляется в более резких, острых видах и преимущественно среди женщин.
(Рябков, 1887)

Однако, я полагаю, что разница в данном конкретном случае определяется не столько какими либо физиологическими различиями, сколько – продолжительностью воздействия специфических полярных условий: вспомним, что случаи АИ, описанные на экспедиционных и торговых европейских судах, практически без исключений происходят не раньше, чем через несколько месяцев после пересечения Полярного круга. В целом же, общая картина, на мой взгляд, структурно должна выглядеть одинаково.

Попробуем эту картину – хотя бы очень грубо – представить.

Совсем недавно американский антрополог Л.Палинкас (Университет Южной Калифорнии) опубликовал очень интересную работу, посвящённую распространению психологических и психических расстройств среди членов современных полярных экспедиций. Он так же считает, что «полярное безумие [синоним для арктической истерии – А.П.] может принимать различные формы», и пытается дать приблизительную оценку распространённости этих форм. По данным Палинкаса и его коллег, около 40-60% людей могут испытывать в долгосрочных полярных экспедициях различные виды психофизиологических нарушений: депрессии, нарушения сна, немотивированная агрессивность и т.д. Эти цифры неплохо согласуются с данными российских этнографов, по свидетельствам которых распространённость меряченья (включая ложные формы АИ) на Северо-востоке в некоторые годы могла достигать трети и более населения того или иного района. Разумеется, данные американских антропологов относятся не только к АИ и смежным феноменам, так что в нашем контексте их следует считать завышенными, и тем не менее, в совокупности с этнографическими данными порядок величины они характеризуют. Очень условно можно говорить о том, размер группы 2bis составляет около 25-30%.

Относительно размера собственно группы 2 (люди, склонные к жёстким формам АИ) предварительные выводы можно делать, исходя из того факта, что в описанных случаях АИ на борту экспедиционных судов поражение распространялось не более, чем на 1-2 членов экипажа, что дает нам 3-8% всех людей на борту. Разумеется, далеко не каждая долгосрочная полярная экспедиция сталкивается с АИ, однако, очевидно и то, что далеко не все реальные случаи АИ оказываются задокументированы (мягко говоря, это не самая приятная вещь для отчёта перед руководством или освещения в СМИ). Цифры 3-8% явно завышены, однако, вряд ли сильно, и, выбрав в качестве порядка величины нижний предел этого диапазона (3%), мы вряд ли существенно ошибёмся. Тем более, что это отлично согласуется с данными того же Палинкаса, утверждающего, что около 5% членов долгосрочных полярных экспедиций сталкиваются с психопаталогиями, требующими незамедлительного – в том числе медикаментозного – лечения.

Общая картина – оценочно, разумеется, – выглядит следующим образом:





И – просто для сравнения.

По современным данным, общий риск заболевания шизофренией составляет 0.5±0.1%.

Риск поражения арктической истерией в жесткой форме – ориентировочно 5±2% – в 10 раз выше.


*   *   *

Ещё один аспект изучения распространённости АИ – это вопрос распределения во времени и в пространстве.

Сразу следует отметить, что число так или иначе опубликованных свидетельств случаев АИ вообще никоим образом не коррелирует с собственно числом таких случаев. Так, на протяжении первой половины XIX века мы имеем дело только с отдельными упоминаниями о данном феномене, – но это, очевидно, связано просто с тем, что не велось соответствующих записей, а комплексных этнографических исследований, которые могли бы осветить состояние проблемы на тот момент, ещё не проводилось. Конец XIX – начало XX веков – время активного освоения Арктики, время большого интереса к этнографии северных аборигенных народов; соответственно, на этот период приходится максимум сообщений об АИ и смежных феноменах. После революции исследования в этом направлении некоторое время продолжались, но очень скоро тема эта стала «неудобной» для советского руководства и открытые публикации прекратились. Схематично данную картину можно представить следующим образом:





Динамика изменения числа сообщений об АИ и смежных феноменах
с конца XVIII по начало XXI вв.


Понимая, что данная динамика вызвана сугубо внешними причинами, мы не имеем никаких оснований предполагать, что, скажем так «эпидемиологическая картина» АИ меняется со временем.


Одновременно сложнее и проще обстоит дело с распределением в пространстве.

Проще – в том отношении, что мы твердо знаем о существующей общей связи с географической широтой места:
1) южнее Полярного круга АИ встречается очень редко;
2) севернее Полярного круга – чем дальше от Круга (т.е. чем ближе к полюсу), тем чаще случаи АИ и серьезнее ее проявления.

Сложнее – в том смысле, что в двух разных регионах, находящихся на одной и той же широте, ситуация с АИ может быть очень разной.

Так, например, среди лопарей и – отчасти – русских поморов Кольского полуострова жёсткие формы АИ встречаются, пожалуй, чаще, чем в любом другом регионе северного полярного пояса. Любопытно сопоставить это с тем фактом, что лапландские шаманы всегда считались самыми сильными в Ойкумене белого человека, – ещё одна «ниточка» к связи феноменов АИ и шаманизма…

…Кольский полуостров – русская Лапландия – стоит того, чтобы уделить ему особый раздел этого очерка.
Tags: ИСС
Subscribe

  • "Апокалипсис крупных рыб".

    Численность крупной пресноводной рыбы, чья масса превышает 30 килограмм, сократилась на 94% за последние два десятилетия, что радикально изменит все…

  • Всё выше, выше, и выше!

    В мае 2021 года атмосферная обсерватория Мауна-Лоа зафиксировала рекордную концентрацию углекислого газа, которая составила в среднем 419 ppm (частей…

  • The Nature Strikes Back

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments