Хрестьянин (ltraditionalist) wrote,
Хрестьянин
ltraditionalist

Categories:

Обновление икон (1).

Оригинал взят у prajt в ОБНОВЛЕНИЕ ИКОН часть2 начало.

Речь в настоящем материале пойдет главным образом про обновления – спонтанные просветления ликов ранее потемневших икон. До сих пор не существует сколь бы то ни было полной картины этих явлений, произошедших в первой половине прошлого столетия. Между тем явления эти происходили настолько часто, что в одном только Новгородском уезде за 1924 год их было около 1000! Авторами делается попытка впервые обобщить сведения из различных источников, в том числе никогда ранее не публиковавшихся архивов. Наряду с этим прилагаются усилия по установлению географического распределения зафиксированных и задокументированных чудес.

До 1900 года сведений об обновлениях практически не осталось, за исключением нескольких событий: «сияния иконы» в 1739 году у Калитинского, владельца местечка Тыврово Подольской епархии, внезапного просветления ветхой иконы Божьей Матери дома у помещицы Касперовой в 1840 году в селе Ново-Ивановке Ольвиопольского уезда Херсонской губернии и «оживление» лика иконы Богоматери «Знамение» в 1885 году в Арзамасском уезде Нижегородской губернии, в Серафимо-Понетаевском женском монастыре, что было освидетельствовано специальной комиссией [10, 23].

Запомним некоторые из этих географических точек – спустя много десятилетий они станут привлекать не только паломников, но и членов Священного Синода царской России, а после работников НКВД СССР. Кстати, подобные пространственные совпадения характерны и для некоторых других волн обновлений, в частности, тех, которые прокатились по Беларуси.

Обновление икон в Российской Империи 1900–1917 гг.

Начало нового века ознаменовалось небывалым, массовым обновлением икон. Если за всю историю русской православной церкви таких случаев было всего несколько, то уже 1900 год сразу многократно превзошел показатели всех предыдущих лет.

В 1900 году, 19 июля, епископ орловский и севский Никанор рапортом за № 6376 сообщил Синоду, что в городе Трубчевске (в то время Орловской губернии, позже – Брянской), в доме мещанинки Ксении Понтягиной, чудесным образом обновилась икона Казанской Божьей Матери. Ранее лик ее был темно-желтый, а в настоящее время светлый, беловатый, с краской на щеках и устах. По словам Понтрягиной, обновление совершилось еще в конце 1899 года.

31 августа 1900 года в новом рапорте говорилось, что в том же городе Трубчевске, у мещанинки Ксении Ткачевой, произошел аналогичный случай обновления. Синод был в замешательстве – по-хорошему нужно было объявлять все эти иконы чудотворными и их согласно указу 1722 года изымать до подтверждения их святости.

Но в связи с тем, что люди просто-напросто не хотели отдавать свою собственность, пришлось привлекать полицию, гражданские власти, а вскоре и военную силу. Кроме того, новых чудотворных икон вдруг стало так много, что принялись искать признаки фальсификаций и усматривать в каждом из этих случаев «жажду наживы». Также не возле всех новообретённых икон совершались чудеса, либо же последние при очень тщательной проверке не подтверждались. Например, в одном из рапортов читаем: «Гусакова больна по-прежнему, а младенец Василий, не владевший ногами, хотя и стал ходить, но до случая с иконой». Поэтому синод с подозрением смотрел на эти случаи и старался при возможности опровергнуть их любыми доступными методами. Так, обер-прокурор Синода Победоносцев писал: «При твёрдости правительства в сих случаях надлежало бы принять меры против этих обновлений».

Традиционно считается, что первая обширная волна обновлений началась в начале 20-х годов XX века, однако это не так. Началом таких обширных проявлений чудесного, связанных с очищением старых образов, по мнению авторов настоящей статьи, следует считать 1904 год, а эпицентром действий – Украину.

Самообновление приняло здесь массовый, эпидемический характер. Вот, например, что писал по этому поводу архиепископ одесский и херсонский Иустин обер-прокурору синода Победоносцеву: «Обновление икон в Херсонской епархии – явление самое обыкновенное, ежегодно повторяющееся и даже по нескольку раз; в настоящем же году оно приняло характер в некотором роде эпидемический». Действительно, в 1904 году в Херсонской епархии только за три месяца было десять обновлений. Условно можно считать этот регион – очагом распространения остальных обновлений по земному шару.

Так, в апреле 1904 года в городе Елисаветграде у мещанки Колесниковой […] обновилась икона святителя Николая; в апреле же в местечке Злынке Елисаветградского уезда у крестьянина Витовтова – икона Казанской Богоматери; в июне в селе Новокрасном того же уезда у крестьянина Андросова – икона Божьей Матери; в июне же в селе Заселье Херсонского уезда у крестьянина Болбекина – икона Спасителя; в июне же в посаде Калиновке того же уезда у мещанина Постырнака – икона Тихвинской Богоматери и одновременно у крестьянина Сербула – икона святителя Николая; в селе Ивановке того же уезда у крестьянина Кривосинского – икона святителя Николая и, наконец, 6 июня на хуторе Водопое Николаевского градоначальства у мещанина Хрипунова – икона Покрова Пресвятой Богородицы.

В этот список не попал случай, произошедший 17 мая 1904 года у Никифора Мельникова, проживающего на хуторе Водопое. Городские власти не смогли изъять обновившуюся икону Тихвинской Божьей Матери. Вначале за крестьянина заступилось около 15 человек из тех, кто пришел помолиться возле иконы. После же в село стеклось до 5000 человек, что полностью исключило возможность её исследования и тем более изъятия. Прокурор Херсонского городского суда также сообщил, что ещё три года назад обновились иконы на соседнем хуторе Мешковом.

И вот происходит удивительная метаморфоза. Если до революции 1905 года заголовки разбирательств обычно имели вид «Дело о такой-то мнимо обновившейся иконе», то теперь уже приобрели вид «Дело о такой-то чудесно обновившейся иконе».

Такая замена, видимо, желала показать, что Синод с доверием относится к подобным рассказам или во избежание новых народных выступлений делает вид, что верит им. К тому же последние дела сильно поколебали позиции указа 1722 года и обновившиеся иконы решили оставлять в местных храмах, а не увозить в неизвестном направлении и вплоть до выяснения их чудотворности помещать в запасники. Любопытно, что в петрозаводском кафедральном соборе по переписи 1914 года в особых кладовых числилась 781 икона, так и не явившая чуда. Причем 247 икон в том же соборе уже успели испортиться от ненадлежащих условий хранения!

Дело Синода №178 за 1906 год рассказывает, что в Городнянском уезде Черниговской губернии священнослужитель Иаков Сочаво донёс, что 29 августа 1905 года у крестьянина деревни Старые Боровичи, Василия Мартинова Ефименко, обновилась древняя икона Божьей Матери, что известно всем местным жителям. В деревню отправились два священника, но крестьяне категорически заявили, что ни в какую другую церковь икону не отдадут, «так как подобная икона, обновившаяся в том же Городнянском уезде, в деревне Кузневичи, осталась в местном храме».

Дело дошло до Синода, который повелевал оставить икону в местной кладбищенской церкви. В 1906 году произошёл и другой случай: 29 мая на Пасху обновилась икона Спасителя в доме казака села Макишена Михаила Дайнеко. По словам Дайнеко и его жены, на 5 неделе великого поста к ним зашёл на ночлег неизвестный странник, назвавшийся Власием, который, уходя посоветовал им на Пасху обнести эту икону вокруг своей избы. Когда обещание было выполнено, то вскоре икона начала обновляться, и на ней, ранее тёмной и совершенно неясной, появилось довольно заметное изображение Спасителя.
Икону решили отправить в Доминицкий монастырь. Благочинный Антоний, принимая во внимание «могущее произойти при неудовлетворении сего ходатайства народное возмущение, столь опасное в переживаемое время», а также «в видах поднятия религиозного духа в среде православного народа» просил синод и эту икону оставить в местной приходской церкви.

Третье «черниговское дело» за 1906 год было начато из-за доноса священника Василия Петровского, который поведал, что в доме крестьянина села Хоробич Ивана Дионисиева Гончаренко обновилась очередная икона. В письме был подробно описан вид обновившейся иконы, например, было сказано, что «ореол над головой св. Николая издаёт блеск золотой, несмотря на то, что он – медный. Что образ св. Николая не омыт, не очищен и обновлён рукою художника, это видно с отблеска ореола шаты [ризы] и самого лика святителя; на зубцах ореола и шате по местам имеется паутина […]; стекло в верхней части рамы прикреплено гвоздём со ржавчиною».

Для большей убедительности обследования благочинный пригласил в качестве эксперта какого-то живописца, который, рассмотрев образ, признал, что он «обновлён не рукою человека, так как краски, насколько известно ему, изменяют свой цвет в десятилетний период времени, на образе же святителя Николая колорит не изменён, блеска красок на лике святителя не имеется, а свет, имеющийся на лике святителя, приводит его, живописца, к убеждению, что на образе нет свежей кисти». Обновление этой иконы сопровождалось бесчисленными сновидениями.

В июне 1907 года «будто бы» чудесно обновилась икона Божьей Матери «Взыскание погибших» в доме крестьянина Федора Иванова Макогонова, проживающего в с. Лосево Воронежской епархии. Занимающаяся обстоятельствами этого дела комиссия донесла, что не смогла установить факта обновления иконы, так как последняя представляет собой хромолитографированную картинку, очевидцев же этого обновления не оказалось, и о нём свидетельствует только один владелец иконы. Этот случай также является знаковым в том отношении, что почти все обновившиеся ранее иконы были старыми, простоявшими в домах 50, 80 и более лет, то теперь «просветлеть» могут даже купленные в соседней лавке и в лучшем случае несколько дней постоявшие на божнице.

В 1908 году епископ полтавский и перяславский Иоанн сообщил, что «так называемые обновления икон случаются в его епархии довольно часто».
Иоанн просит Синод о разрешении «назначать расследования об обновившихся иконах и отбирать их для хранения в кафедральных соборах лишь в исключительных случаях». И со 2 сентября 1908 года Синод своим указом фактически отменил старое предписание 1722 года. В том же году в с. Андреевке Городнянского уезда Черниговской епархии Смоленская икона Божьей матери чудесно обновилась в доме крестьянина Колотого.

По старой памяти икону всё же изъяли и, только после обращения Колотого в высшие инстанции она была возвращена в приходской храм. В конце 1908 года поступила ещё одна жалоба на полтавское епархиальное начальство, которое отобрало у прихожан Свято-Тимофеевской церкви села Савина Полтавской губернии Кременчугского уезда обновившуюся икону «Трёх Святителей» под предлогом осмотра её епископом Иоанном и передало её в кафедральный собор на хранение «впредь до усмотрения».

Стоит сказать, что та тщательность, с которой комиссии производили свои расследования, иногда действительно заставляет усомниться в том, что обстоятельства обновления являются сфальсифицированным или вызваны влиянием естественных процессов. Так, в Гродне икона Николая Чудотворца висела на кухне в помещении 3-го батальона 103 пехотного Петрозаводского полка и от действия пара и сырости покрылась каким-то беловатым налётом, так что изображения угодника совсем уже не было видно. Заметив это, командир 9-й роты капитан П. Панов в первых числах декабря 1909 года приказал заменить эту икону другой, а старую сжечь. Спустя несколько минут после того, как икона была положена в огонь, истопник, рядовой Никифоров, заглянул в печь и увидел, что изображение на иконе совершенно прояснилось. Возможно, в этом случае просветление лика произошло из-за влияния высоких температур. Не менее интересно в этом плане дело крестьянина Лымаря, который в 1911 году подал в Синод «кассационную жалобу» в том, что архиепископ харьковский и ахтырский Арсений не хочет освидетельствовать его икону Почаевской Божьей Матери, «бывшую ранее совсем излущенной, а ныне самонаписавшейся без рук человеческих». Комиссией всё же было установлено, что Лымарь – «психически ненормальный человек», именует себя «всероссийским оратором», что «ясно доказывает ненормальность его умственных способностей». Обновление же иконы не совершилось каким-то сверхъестественным образом, а просто лики Богоматери и Спасителя промыты каким-либо составом, очистившим их от черноты и придавшим им больший блеск.

Обычно в связи с «первообразами чудес» также упоминаются появление на иконе Спасителя туманного образа Богоматери и её обновление в Лыщанской церкви Пинского района в 1910 году.

В конце августа 1913 года в доме жительницы местечка Батурина Анастасии Савиной Червонящей чудесно обновилась икона Божьей Матери. Икона эта была очень древняя и по своей ветхости раньше даже не употреблялась для поклонения, так как на ней нельзя было рассмотреть никакого изображения, но с четверга Страстной недели икона стала светлеть и из тё  мной сделалась совершенно ясной.

В том же 1913 году признана была чудотворной «с присвоением ей этого названия официально» икона Казанской Богоматери, обновившаяся в Никольской церкви Свияжска.

В 1914 году рассматривались дела о возвращении обновившихся и затем отобранных икон в Дальне-Давыдовский женский монастырь Нижегородской епархии и в село Дубищи, Жизринского уезда Калужской губернии. По некоторым данным икона в Дальне-Давыдовском монастыре «источала из себя елей и творила чудеса», но комиссия не смогла подтвердить этих сведений. Дубищенская икона Николая Чудотворца обновилась у Марка Карпова еще в 1895 году и передана была в собор города Жиздры, прихожане же, прослышав о прецедентах с возвращениями отобранных икон, захотели вернуть ее в свои родные Дубищи.

После революции 1917 года обновления несколько лет носили главным образом единичный характер или их вообще не было, из числа известных можно отметить только открытие иконы Николая Чудотворца весной 1918 года (красное полотнище, закрывающие образ, разорвалось на части). Правда, в последнем случае его трудно считать обновлением как таковыми. Большевики, конечно, усмотрели в этом то, что народ «стал на здоровую, реальную почву», а фабриканты икон из числа духовенства «присмирели и не проявляли уже прежней рьяности». Хотя, возможно, факты просто замалчивались. Феномен, по некоторым данным, проявил себя следующий раз только в 1919 году в Иркутске. И только начало двадцатых годов охарактеризовались следующим взрывообразным возрастанием чудесных просветлений старых икон.

Таким образом, первые обновления икон произошли в западных окраинах Российской Империи, главным образом на Украине, частично в Белоруссии. Перед революцией 1917 г. и в первые годы после нее обновления носили единичный характер.

Очаг обновлений на Украине в 1920–1923 гг. и распространение его в Россию

В 1920–1921 гг. предвестники новой волны, по всей видимости, опять возникли на Украине.

Сергей Нилус в письме от 22 июня 1922 года сообщает: «Писал ли я Вам про массовое обновление старых икон, чему мы были сами многократно благоговейно-изумлёнными свидетелями? Весь прошлый год прошёл у нас на Украине в этом сплошном чуде. Обновлялись целые церкви, кресты и купола, позолоченные на храмах и колокольнях. В Ростове-на-Дону таким образом обновился собор и много церквей. У нас по деревням и хуторам не было почти дома, где бы не совершилось подобное чудо».

В то же время отмечено, что в 1921 году в Воронеже состоялся показательный суд над верующими, принявшими участие в крестном ходе с обновлённой иконой (об этом писал журнал «Революция и церковь») . Стала ли распространяться эпидемия обновлений из Украины через Ростовский, Воронежский и Брянские уезды дальше в Россию (СССР)? Сложно ответить на этот вопрос из-за нехватки данных по некоторым регионам.

Уже в ноябре 1920 году граничащая с Ростовской областью современная Волгоградская область явила первые чудеса. Наиболее массовый характер оно приобрело в Царицынской губернии (в 1925 году переименована в Сталинградскую). Икон обновлялось так много, что священники Ленинского уезда не успевали служить молебны обновлённым иконам.

26 декабря 1920 года из села Солодовки до г. Царева в честь обновлённых икон прошёл крестный ход. Люди несли обновившиеся у них иконы. Вскоре после этих событий, в начале 1921 года, была арестована и расстреляна большая группа духовенства, в том числе и иеромонах Матфей (Олейник).

В январе 1921 года этот феномен принял настолько распространённый характер, что местные власти уже сообщали о «массовом мистическом психозе» населения уезда и взывали к губернским карательным органам спасти революционные завоевания от надвигающегося бунта «тёмных крестьянских масс». С 21 по 30 января в девяти сёлах Ленинского уезда работала экспертная комиссия Царицынского губчека. Осмотр 57 икон «показал явную фальсификацию».

Не прекращавшееся массовое обновление икон заставляло власти прибегать всё к новым и новым репрессиям. Так, в 1922 году был арестован и осуждён «за обновление иконы» отец Павел Александровский. Советская пресса объявляла, что «все обновления икон сделаны человеческими руками, а не сверхъестественной силой». «В январе 1922 года в Драмтеатре слушалось дело об обновлении икон. Подсудимые сказали, что верят во вновь обновившиеся иконы. Обвиняемых
одиннадцать священников и одного дьякона Ленинского уезда – Царицынская газета «Борьба» назвала двенадцатью апостолами лжи».

Незадолго до процесса из Царицына в Ильинский уезд выехала экспертная комиссия в составе протоиерея Преображенской церкви г. Царицына о. Евфимия Ильинского и священника села Каменный брод отца Александра Благовидова. На процессе один из обвиняемых священников, о. Евфимий Саблин, заявил:
«в селе Заплавном обновилось около 200 икон, иконы продолжают обновляться, но люди уже боятся об этом говорить».

В конце 1921 года (январь) пришли сведения из Краснодарского края. Из статьи в Краснодарской газете «Красное Знамя» от 7 июля 1921 г.: «21 января в 3 часа дня у часовни, находящейся при монастырском подворье, собралась большая толпа народа. Все смотрели на Икону Божьей Матери, находившуюся на наружной стене той же часовни. На глазах у всех происходило обновление иконы».

Были выдвинуты обвинения иеромонахам Сергию Завьялову, Иоасафу (Берсеневу), Андрею Алексеевич Ковалеву и Иосифу Ивановичу Ячуку за то, что «зная, что икона не обновилась, не счёл нужным разоблачить перед толпой случившийся обман, хотя и был обязан это сделать по своему духовному званию».

В 1923 году на Украине продолжались обновления и прочие чудеса. Они стали распространяться на север (в сторону Белоруссии, где первый случай произойдёт в 1924 году), северо-восток, в Брянск, и на запад в Волынскую губернию (ныне – территория Винницкой области Украины). Так, в информационной сводке о состоянии православных церковников по СССР на 1 января 1924 года читаем: «В последнее время наблюдается широкая волна обновления икон, коих насчитывается около 50. В массовом паломничестве и стечении масс для исцелений к этим «чудесам» доминирующую роль играет знаменитое «Калиновское чудо». Со всех сёл и деревень Волынской губернии крестьяне массами отправляются крестными ходами в Калиновку».

Что же это за «калиновское чудо»? В июле 1923 года со станции Калиновка в село Сальник, что на Винничине, ехали на телеге, возвращаясь с гражданской войны, два солдата. На повороте стоял деревянный крест. По преданию, его установили на могиле трёх купцов, которых убили здесь разбойники в 1918 году. Крест был местной святыней, и к нему ежегодно приходили паломники и служили молебны. В этот крест и выстрелил один из пьяных солдат, попав при этом в икону с изображением распятия и пробив пулей правое плечо Спасителя. Из раны потекла кровь. Об этом рассказал односельчанам крестьянин, который вёз солдат.


Упоминания о событиях в Калиновке нашли отражение в литераторе середины 20-х годов в виде различного рода разоблачительных публикаций

О дивных знамениях, совершившихся в Киеве, свидетельствовал один старец еврей, по отзыву знающих его, человек весьма религиозный, честный и справедливый: «Моя дорога в Харбин лежала через Киев, где поезд стоит целые сутки. Я решил осмотреть город, где я был в первый раз, и разыскать своих знакомых, точного адреса коих я не знал. Пошёл в адресный стол, заплатил миллион, но адреса так и не узнал. Решил походить по улицам. Это было 20 июня 1923 года. И вот на Житомирской улице я встретил огромную, многотысячную толпу; народу стояло так много, что, я думаю, не менее десяти тысяч человек. Толпа эта стояла чинно, без шума, что меня особенно поразило. Я сначала думал, это митинг и хотел уже удалиться, но эта тишина меня остановила, и я тоже остановился, не зная, в чём дело. В этой толпе было много наших евреев, много было и христиан.

Я стал смотреть на небо, но один еврей сказал мне, что нужно смотреть на церковь, на главный купол, который вот уже два дня как обновляется.
Я тоже стал смотреть, и на моих глазах с купола сошла как бы пелена. Я стал расспрашивать, мне наши евреи сказали, что и иконы под куполом были ранее старые, грязные, и тоже обновились. Действительно, иконы были как новые, только что нарисованные. Спустя несколько времени купол заблестел как солнце. Власти города, как мне сказали, производили обыск в церкви, думая, что здесь мошенничество, но ничего найти не могли. Вот это я видел сам своими глазами».

Сообщение об этом чуде было опубликовано только в зарубежной, эмигрантской прессе. Наиболее полно писала об этом газета «Новое время» (№ 709). Статья не подписана, её автор неизвестен.

"Это случилось в четверг, 6 июля 1923 года, в Киеве. На храме Всех Скорбящих Радости, что на Сенном базаре, чудесно обновился купол. Все жители знали этот храм, его купол никогда не был покрыт позолотой. Это был бедный, неказистый храм, и вот за один день купол на глазах народа покрывается позолотой.

Автор статьи, узнав об этом, тут же приехал на Сенной базар. Площадь была заполнена народом. Купол храма блистал свежей позолотой. Потом у всех на глазах стали обновляться иконы на барабанах, тусклые, облезшие краски на фресках начинали проявляться, постепенно яснеть. Потом на них тоже появилась позолота. В народе пошёл слух, что иконы обновляются и внутри храма. Обновились иконы Феодосия Черниговского, Казанская Божья Матерь.

Только к вечеру автору статьи удалось протиснуться в церковь. Значит, народ стоял весь день. Он узнал, что обновилась 300-летняя плащаница, хоругви, крест. На его глазах произошло обновление иконы Николая Чудотворца.

В это время приехала комиссия, чтобы уличить в обмане. Как только комиссия вошла в храм, тут же почерневшая икона Николая Чудотворца стала светлеть. Об этом громко сказали. Все стали смотреть на икону, и она полностью проявилась, просветлела, засияла красками. В это же время в Киеве обновились иконы и в других храмах. В Софийском соборе и в церкви Николы Мокрого".

В городской ежедневной печати эти события почти не отразились. Ни в «Пролетарской правде», ни в газете «Меньшевик» об этом ничего не сообщали. Но о том, что всё-таки нечто происходило необычное в это время, можно судить по тому, что после 6-го числа усилилась антирелигиозная пропаганда. И только в небольшой заметке, напечатанной несколько дней спустя, есть свидетельство об этих чудесах, там описано, что какая-то женщина принесла священнику якобы обновлённую икону. И невежественный народ поверил этому. Упоминается в статье и комиссия, установившая, что никаких обновлений не было. «Больше икон не обновляйте, народ не баламутьте» – так заканчивалась статья.


Уникальные кадры. Очевидцу удалось заснять процесс обновления иконы


То же «Новое Время» за 1 сентября 1923 г. (№ 704) продолжает публиковать воспоминания очевидцев: «Наступил уже вечер. В храме было темно. Электричество не горело. Но лик Святителя сиял каким-то особенным сверхъестественным внутренним светом. Это была потрясающая картина […]».

На следующий день, 7 июля, началось обновление второго купола той же церкви и икон, расположенных над куполом.

Надо сказать, что нашлись какие-то эксперты, которые взяли два куска от обновлённого купола и от второго купола для обследования. Но результатов обследования не опубликовали. Второй купол начал понемногу обновляться. В течение трёх дней совершенно обновились все иконы, находящиеся над куполами св. Владимира, Ольги, Николая, Александра Невского, Алексия, Петра и других. Но самый купол совершенно не обновился. В тот же день началось обновление Георгиевской церкви. Особенно замечательно обновление в ней иконы, изображающей «Моление о чаше», а также обновление иконы Покрова и изображения Христа Спасителя с Крестом, идущим на Голгофу. Кроме того, обновился ещё купол на церкви Рождества на Подоле.

Одно из самых замечательных обновлений произошло над колокольней Софийского собора. Там с давних пор, чуть ли не со времени Петра Могилы, висит изображение чуда Св. Николая (Мокрого) с ребёнком, утонувшим в Днепре в 1072 г. На ней кроме двух-трёх тёмных фигур ничего нельзя было разобрать. Теперь древняя икона представляет собою картину дивной красоты. Перед сияющим в золоте образом Св. Николая лежит ребёнок, вытащенный из воды и стоят родители, священник и монахи-старики, а вдали виднеется Днепр, нарисованный с величайшим искусством. Все художники поражены этим дивным образом.

К. Притисский в статье «Мотивы чудесного в жизни современной России» писал о случае, имевшем место в Киеве в те же годы и, по словам Притисского, получившем большую огласку. Это произошло 19 июля 1923 года в Киеве. Очевидец писал о том, как купола одной церкви сделались вызолоченными: «Вчера ещё я проходил мимо храма, большой купол которого сквозь сетку октябрьского дождя выглядел темнее обыкновенного. Позолоты на нём почти не было. Большими кусками виднелось бурое железо […]. Оказывается, что обновился не только купол, но и ряд икон внутри храма, между прочим, старенькая Плащаница, знакомая мне с детских лет. Очень любопытно, что под куполом были нарисованы образа, и их совершенно выцветшие краски теперь сияли как новые. Никогда мне не доводилось видеть такой реставрации […].

В заключение могу передать вам рассказ моего компаньона по делам, еврея, квартира которого окнами выходит на церковную площадь. Он с непередаваемым на лице испугом, оглядываясь во все стороны, шёпотом говорил мне: «Было десять с половиной часов вечера. Шёл дождь. Вдруг в комнатах сделалось светло-светло. Я бросился к окну. Вижу над храмом яркое облако. «Пожар! – закричал я. – Церковь горит!» Потом вдруг всё пропало. Стало темно. Не верил своим глазам. Утром увидел золотой купол...».

Заслуживает внимания письмо священнику Харбинской епархии от одного из богомольцев, посетившего летом 1923 года Киев: «Народу, богомольцев, видимо-невидимо. Русь Святая просыпается и опять стекается на поклонение. […]. В начале июля начались и до сих пор продолжаются массовые обновления икон, совершающиеся на глазах народа. В некоторых храмах чудесно озолотились старые почерневшие купола и блестят так ярко, что больно смотреть. Киев прославляется».

В то же время в Харькове на Харьковском соборе и в других украинских городах тоже произошло обновление куполов, о чём пришлось написать даже в большевицкой антирелигиозной литературе. В погожий весенний день многими было замечено, что соборный купол, бывший ранее потемневшим, вдруг засверкал как новый.

В другой раз обновление коснулось Воскресенской церкви. Вот как писала по этому поводу газета «Коммунист» 18 августа 1923 года: «16 августа в Харькове случилось «чудо». Группа женщин, проходя мимо Воскресенской церкви, обратила внимание, что один из позолоченных крестов церкви значительно ярче других. […] Слух о чудесном обновлении креста распространился по базару, возбуждая среди невежественной части населения различные толки. Вскоре в самой церкви обнаружили новое чудо: обновились десятки икон, крестов, нарисованных на стенах, иконостас и пр. Дело было расследовано. На допросе настоятель церкви, священник-псаломщик, дьякон-псаломщик, староста и другие лица из местного причта показали, что никакого обновления не было. Один крест ярче другого потому, что 8 лет тому назад он был покрыт поталем, состоящим из опилков настоящего червонного золота, а другой – поталем из опилков простой бронзы, которая со временем потемнела.

В октябре 1923 года «Огонёк» писал о первом суде по делу «обновления икон». На скамье подсудимых в Брянске оказались 40 человек – практически все жители деревни Новая Романовка. Священник Устименко, отслуживший молебен перед засиявшей иконой Богоматери, был приговорён к году тюрьмы – за «контрреволюционную агитацию». Такой же срок получил и крестьянин Ромасюков, в чьём доме произошло чудо, а всех остальных отправили в лагеря на 6 месяцев. Вероятно, это отголоски обновлений, начавшихся на Украине и вышедшие за её пределы через Ростов-на-Дону и Воронеж.

Последние обновления на Украине произошли в 1928 году.

Итак, можно сделать следующий вывод. В 1920-1921 гг. на Украине начались массовые обновления икон, которые вышли за её границы через современные Брянскую, Ростовскую и Воронежские области. Они распространились далее в Волгоградскую область и Краснодарский край, первые сведения об обновлениях в которых датированы ноябрем 1920 г. и январем 1921 г. соответственно.

Tags: чудеса
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments