Хрестьянин (ltraditionalist) wrote,
Хрестьянин
ltraditionalist

Categories:

Дьяк Кураев - ум, честь и совесть нашей эпохи.

Причём, без всяких кавычек.

Я раньше не часто заходил в его блог diak_kuraev, т. к. он мне казался слишком "камерным": какие-то внутрицерковные "тёрки", чрезмерная акцентуация на "гомосятине", - это мне не интересно.

А тут вдруг обнаружил у него Будни церковно-военной симфонии.

Бунт в военных поселениях, 1832 год

Виновных в нашем округе оказалось около 300 человек.
Обвиняемые, сколько помню про наш округ, просидели в тюрьмах до Великого поста 1832 года, в томительном ожидании окончательного решения своей участи. Наконец участь эта была решена: одних приговорили к наказанию кнутом на так называемой кобыле, а других — к прогнанию шпицрутенами.

Я живо помню эти орудия казни. Кобыла — это доска длиннее человеческого роста, дюйма в 3 толщины и в пол-аршина ширины, на одном конце доски — вырезка для шеи, а по бокам — вырезки для рук, так что когда преступника клали на кобылу, то он обхватывал ее руками, и уже на другой стороне руки скручивались ремнем, шея притягивалась также ремнем, равно как и ноги. Другим концом доска крепко врывалась в землю наискось, под углом.

Кнут состоял из довольно толстой и твердой рукоятки, к которой прикреплялся плетеный кнут, длиной аршина полтора, а на кончик кнута навязывался 6 или 8-вершковый, в карандаш толщиной, четырехгранный сыромятный ремень.

Наступило время казни. Сколько помню, это было на первой или на второй неделе Великого поста. Подстрекаемый детским любопытством (мне шел 9-й год), я бегал на плац, лежащий между штабом и церковью, каждый день во все время казней. Морозы стояли в те дни самые лютые.

На плацу, как теперь вижу, была врыта кобыла, близ нее прохаживались два палача, парни лет 25-ти, отлично сложенные, мускулистые, широкоплечие, в красных рубахах, плисовых шароварах и в сапогах с напуском. Кругом плаца расставлены были казаки и резервный батальон, а за ними толпились родственники осужденных.

Около 9-ти часов утра прибыли на место казни осужденные к кнуту, которых, помнится, в первый день казни было 25 человек. Одни из них приговорены были к 101 удару кнутом, другие — к 70-ти или к 50-ти, а третьи -к 25-ти ударам кнута. Приговоренных клали на кобылу по очереди, так что в то время, как одного наказывали, все остальные стояли тут же и ждали своей очереди. Первого положили из тех, которым было назначено 101 удар. Палач отошел шагов на 15 от кобылы, потом медленным шагом стал приближаться к наказываемому, кнут тащился между ног палача по снегу; когда палач подходил на близкое расстояние от кобылы, то высоко взмахивал правою рукой кнут, раздавался в воздухе свист и затем удар. Палач опять отходил на прежнюю дистанцию, опять начинал медленно приближаться и т.д.

Наивно-детскими, любопытными глазами следил я за взмахами кнута и смотрел на спину казнимых; первые удары делались крест-накрест, с правого плеча по ребрам, под левый бок, и слева направо, а потом начинали бить вдоль и поперек спины. Мне казалось, что палач с первого же раза весьма глубоко прорубал кожу, потому что после каждого удара он левой рукой смахивал с кнута полную горсть крови. При первых ударах обыкновенно слышен был у казнимых глухой стон, который умолкал скоро, затем уже их рубили, как мясо. Во время самого дела, отсчитавши, например, ударов 20 или 30, палач подходил к стоявшему тут же на снегу полуштофу, наливал стакан водки, выпивал и опять принимался за работу. Все это делалось очень, очень медленно.

При казни присутствовали священник и доктор. Когда наказываемый не издавал ни стона, никакого звука, не замечалось даже признаков жизни, тогда ему развязывали руки и доктор давал нюхать спирт. Когда при этом находили, что человек еще жив, его опять привязывали к кобыле и продолжали наказывать.

Под кнутом, сколько помню, ни один не умер (помирали на второй или третий день после казни); между тем каждый получал определенное приговором суда число ударов.

Из воспоминаний Л.А.Серякова. Русская Старина, 1875, сентябрь.

***

Мне неизвестны протесты церковной иерархии против пыток и телесных наказаний. Они были отменены стараниями всяких там масонов и гуманистов. А в России - еще и под давлением европейского общественного мнения.


И ещё Кущевка 18 веку.

В новом фильме про Екатерину Великую Государыня, узнав о зверствах Салтычихи, повелевает: опросить и наказать местных священников - отчего, зная о преступлениях, молчали.

Наши кущевские тоже молчали...


И ещё Будни церковно-военной симфонии - 2.

Расследование деятельности Царевича Алексея, предпринятое в 1717-18 гг. специально учрежденной "Тайной канцелярией", дало Петру Первому информацию о том, что его первая супруга - Евдокия Федоровна Лопухина (в постриге инокиня Елена) имела любовную связь с майором Степаном Богдановичем Глебовым. Связь эта началась около 1714 г. или несколько ранее, когда Глебов, будучи комиссаром по набору рекрутов, посетил монастырь, где содержалась в заточении опальная царица. Царь чрезвычайно болезненно воспринял это известие ; скореё всего, оно задевало его мужское самолюбие. Во всяком случае Глебов, не игравший никакой политической роли в кружке оппозиционеров, подвергся пыткам не в пример болеё мучительным, нежели его болеё влиятельные подельники ( епископ Досифей, Александр Кикин, Федор Пустынный и др.).

Из следственного дела известно, что майора Глебова пытали четыре раза. Петр добивался от Глебова признания факта интимной близости со своей прежней супругой. Чтобы сломить сопротивление Глебова Петр Первый приказал привязать его к доске, утыканной гвоздями. Офицер пролежал без движения на этой доске трое суток, после чего сознался в выдвинутых против него обвинениях. Помимо сознания в любовной связи с царицей Евдокией, Глебов дал разоблачительные показания против епископа Ростовского Досифея, которые фактически предопределили жестокий приговор в отношении последнего.

Казни были проведены 15 марта 1718 г. на Красной площади в Москве и растянулись болеё чем на три часа. Самодержавный режиссер, разрабатывая ритуал казни, дал волю садистким фантазиям. Петр Первый обязал присутствовать при исполнении приговора своего сына Алексея. На глазах последнего его друзья и единомышленники приняли мученическую смерть. Глебов был живым посажен на кол.

Искусство палача состояло в том, чтобы острие кола или прикрепленный к нему металлический стержень ввести в тело преступника без повреждения жизненно важных органов и не вызвать обильного кровотечения, приближающего конец. Кол с преступником закреплялся вертикально. При казни Степана Глебова к колу была прибита горизонтальная рейка, чтобы казнимый под силой тяжести тела не сполз к земле. Кроме того, поскольку Глебова казнили в 20-градусный мороз, по приказу Петра, смотревшего на казнь из отапливаемой кареты, его одели в шубу, чтобы он не замерз, и тем самым продлили его мучения.

Казнь свершилась в третьем часу пополудни. К смертнику были прикомандированы архимандрит Спасского монастыря Лопатинский, иеромонах Маркел и священник того же монастыря Анофрий. Они д. б. напутствовать умирающего на пороге в иную жизнь. Из рассказов священников известно, что Глебов во время чудовищной экзекуции ни проронил ни слова ; на все призывы к покаянию отвечал, что каяться ему не в чем. Ночью офицер попросил иеромонаха Маркела принести ему Святые Дары, умирающий хотел причаститься. Неизвестно, выполнил ли эту просьбу иеромонах ; боясь гнева самодержавного самодура, он никому этого не сказал. Смерть Глебова последовала в половине восьмого утра 16 марта 1718 г. Голова его была отрублена, а тело было снято с кола и брошено среди тел других казненных по этому делу.

Впрочем, казнив ненавистного майора, Петр Первый его не забыл. Через некоторое время Государь Император изволил вернуться к этой истории: видимо, Монарх не чувствовал себя до конца отмщеным.

Через три с половиной года - 15 августа 1721 г. - он повелел Святейшему Синоду предать Степана Глебова вечной анафеме, т. е. церковному проклятию. За то, что тот якобы отказался причаститься перед смертью!

Во исполнение этого повеления преосвященный Варлаам, епископ Суздальский и Юрьевский, издал 22 ноября 1721 г. архиейский указ, в котором привел форму провозглашаемой анафемы:

"По указу преосвященного Варлаама, епископа Суздальского и Юрьевского, Суздальской соборной церкви Рождества Пресвятые Богородицы протопопу Ивану с братиею.

Сего ноября в 21-й день нынешнего 721-го году, в указе великого государя царя и великого князя Петра Алексеевича, всея великия и малыя и белыя России самодержца из святейшего правительствующего синода к преосвященному епископу, за приписью ассесора и обер-секретаря иеромонаха Варлаама Овсяникова, писано: прешедшего-де августа 15-го дня нынешнего 1721 году царское пресветлое величество указал, по имянному своего царского величества указу, каков в святейшем правительствующем синоде записан и руками всего синода закреплен, Степана Глебова в бесприкладном преступлении и бесстрашии и в племенном против его царского величества народном возмущении, как в печатном, марта 6-го числа 1718 году, манифесте показано, явившегося, который, по жестокости своей я непокаянному сердцу, когда, по его царского величества правам, достойная ему, Глебову, казнь чинена, свойственного по христианской должности покаяния не принес и причастия Святых Тайн не точию не пожелал, но и отвергся и клятве церковной, яко злолютый преступник и таковые святые тайны презиратель и отметник, сам себя подверг — иметь от святейшего правительствующего синода во анафематстве вечно и с протчими проклятию и анафеме подпадша, во всех российских церквах, где в недели православные проклятие таковым бывает повсягодно, его, Глебова, анафематствовали.

И при том его великого государя указе прислана форма и преосвященному епископу велено чинить о вышеявленном, по оному его царского величества имянному указу, непременно.

И как вы сей архиерейской указ получите и вы-б о вышеявленном чинили по оному его царского величества имянному указу непременно, а с присланной формы прилагается при сем указе (копия), а как сей архиерейской указ получите, о том в архиерейской ховной приказ прислали ведение.

Форма. По возглашении анафематствования, древние анафеме подпадшим, возглашать сице:

По сих тому-ж-де подпадает злолютый закона Божия преступник и царского величества противник Стефан Глебов, который в бесприкладном преступлении и в племенном против его царского величества народном возмущении повинен, по жестокосердию своему ни пред смертию, во время достойные по делом его казни, свойственного Христианом покаяния не принес и причастия Святых Таин отвергся и сим клятве церковной, яко лютейший благочестия преступник и презиратель, сам себя подверг и за сия церкви и отечеству богоненавистные противности, во веки да будет анафема!
Ноября 22 день 1721 г."

http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Russ/XVIII/1720-1740/Varlaam_Suzdal/ukaz_glebov_22_11_1721.htm

http://murders.ru/Major_Glebov.html
http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_biography/35567/Глебов
http://www.krotov.info/history/18/1/anisimov_5.htm

Для православных монархистов, мечтающих о возрождении "симфонии", поясняю: эта "музыка" предполагает, что церковь обязана освящать любую государеву дурь и жестокость
.

У нас за церковной оградой частенько можно услышать соболезнования царю-"страстотерпцу" Николаю Второму, а сочувствовать простому народу там как-то не принято. Типа, подох Трофим, ну и хрен с ним. Тем более приятно увидеть выражение такого сочувствия в блоге diak_kuraev. Он теперь не "церковник", а "хрестьянин".
Tags: livejournal
Subscribe

  • О "верхнем посте".

    Интересно получается: за меня кто-то написал "верхний пост". Я в это время - 20 июня 2020, 15:54 - ходил в магазин за продуктами.…

  • Верхний пост.

    Я не хотел писать всякие "верхние посты", но обстоятельства вынуждают меня к этому. Прежде всего хочу заявить, что мой ЖЖурнал - это…

  • (no subject)

    Записи в сообществе Священный Матриархат за январь 2020: Обычай «брачного воздержания». Характеристика конкретного образца…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments