November 30th, 2015

хрестьянин

Отношение к луку как оружию трусов и подлецов.

В древности оружием настоящих мужчин считался меч. Сражение рассматривалось как честный поединок рыцарей, в котором всё решали отвага, сила и умение. Использование же лука и стрел считалось недостойным настоящего мужчины занятием. Убить стрелою на расстоянии считалось признаком подлости, трусливым уклонением от поединка "олин на один".

Автор
Станислав Кувалдин

Начиная с древних эпох у участников сражений было мнение о том, кто проявляет в них доблесть, а кто пользуется недостойными приёмами. Так, со времен «Илиады» зафиксировано отношение к луку как к недостойному оружию. Достойные ахейские и троянские герои противостоят друг другу в одиночных схватках с копьями или мечами. Луком же вооружен Парис, чей вероломный поступок послужил началу войны: на протяжении всего эпоса подчеркивается его трусливость и женоподобность. Типичная схватка с его участием в XI главе Илиады описывается так: Парис, спрятавшись за могильным камнем, подкарауливает Диомеда, одного из наиболее могущественных ахейских воинов, и, воспользовавшись тем, что тот снимает доспехи с убитого троянца, ранит его стрелой в пятку. В ответ раненый Диомед называет его «подлым стрельцом». То, что именно Парис позже поразит стрелой непобедимого Ахиллеса, также подчеркивает особую злосчастность рока этого героя, который не был побежден в поединке, но пал от бесчестного удара.

В римской армии подразделения лучников и метателей пращи считались вспомогательными войсками и получали меньшее жалованье, чем легионеры. В этом смысле римская военная машина сохраняла пренебрежительное отношение к оружию, позволяющему убивать на расстоянии.

Collapse )






хрестьянин

Варяги в "Древненорвежской книге проповедей".

Оригинал взят у folkvald в Варяги в "Древненорвежской книге проповедей"

"Древненорвежская книга проповедей" древнейшая из сохранившихся книг на норвежском языке. Рукопись была создана ок. 1200 г. в Бергене, но некоторые проповеди существовали в записи уже к 1150 г... В книге содержится также пространная версия жития и краткая редакция собрания чудес св. Олава.

Крещение Олава Харальдссона.
Крещение Олава Харальдссона.

Collapse )
хрестьянин

Ведовство требует уединения.

"В опытах магии нужны уединение и таинственность. Будучи оглашены, они теряют силу" (Генрих Агриппа). Магическое знание обесценивается и становится всё более бессильным, чем бОльшим оказывается число приобщённых к нему. Наверное, это как рубль: либо он может быть у одного человека, либо сто человек могут иметь по копейке.

Фаулз-3

История христианства полностью подтверждает сказанное Генрихом Агриппой. Процесс "обмирщения" христианской Церкви происходил по мере возростания количества христиан. Именно в связи с этим процессом в IV веке начался обратный процесс исхода из "обмирщённой" Церкви наиболее ревностных христиан и уединение их в пустынях. В пустынях монашествующие явили силу Духа Святого, и монастыри стали цитаделью, духовным оплотом Церкви.
хрестьянин

К постижению образа Великой Матери богов.

Оригинал взят у ozz_white_wolf в Божественная мать - священная блудница в семитской традиции и христианской апокрифике

Этнография и археология свидетельствуют о том, что зарождение религии возможно связано с культом великой богини-матери. На огромной территории от Италии до Сибири найдены статуэтки «венер» из кости или камня, древнейшая из них обнаружена в Швабии. Обильность, сходство между фигурками у разных народов и их географическая распространённость доказывают универсальность палеолитического культа богини-матери. Характерно, что у всех фигурок ярко выражены органы деторождения и кормления, ягодицы и бёдра, такие особенности изображения наводят исследователей на мысль, что это «идолы или амулеты Богини-Матери».[1] В своих трудах академик А.П. Окладников рассматривал значение статуэток палеолитических «венер» и сделал следующие выводы: «1) женский образ удостоен внимания древних художников благодаря особой роли женщины, выполняемой в те далёкие времена. В связи с этим в первобытном обществе очень рано появляются представления о сверхчеловеческих существах женского пола: владычицах природных сфер и явлений, покровительницах животных и людей. К этому заключению он пришёл, проводя параллели от первобытности к этнографическому материалу северных народов, где женские изображения имеют прямое отношение к охотничьей магии; 2) помимо покровительниц охоты, женские изображения могли быть символами плодородия, подобно якутской богине Айсыт; 3) не отрицается возможная связь древних фигурок и с культом мёртвых».[2] А.Б. Зубов в «Истории религий» видит суть «венер» именно в обожествлении ”Матери-Земли”, беременной умершими, которым надлежит ещё родиться вновь к вечной жизни. Может быть, сущность, так изображавшаяся, была самим родом в его протяжении от предков к потомкам, Великой Матерью, всегда производящей на свет жизнь».[3] По мысли М. Элиаде, одной из первых теофаний великой богини земли «было её «материнство», её неисчерпаемая способность плодоносить»,[4] что связывалось с сакрализацией полового соития и промискуитетом. Поклонение богине-матери сопровождалось ритуальными совокуплениями. Неудивительно, что позднее на этом базисе возникла священная проституция, которая стала частью культа богини-матери. Однако божественная мать ассоциируется не только с зачатием, рождением и кормлением. Смерть и возрождение - важнейшие её функции. В шумеро-аккадской мифологии царицей подземного мира была Эрешкигаль, египтяне иногда называли Нут «богиней могилы», у римлян


Collapse )

хрестьянин

К постижению образа Великой Матери богов (2)

-5-

подол деньги и не соединится с ней за пределами священного участка. Бросив женщине деньги, он должен только сказать: «Призываю тебя на служение богине Милитте!». Милиттой же ассирийцы называют Афродиту».[1] У Геродота мы находим сведения о том, что за небольшим исключением все известные ему народы предаются совокуплению в храме: «Кроме египтян и эллинов, все другие народы общаются с женщинами в храме и после сношения неомытыми вступают в святилище, так как полагают, что люди — не что иное, как животные. Они видят ведь, что другие животные и птицы спариваются в храмах и священных рощах богов. Если бы богам это было не угодно, то даже животные, конечно, не делали бы этого. На этом основании эти люди так и поступают».[2]

Если же обратиться к истории древнего Ханаана, то выяснится, что занятие проституцией зачастую имело связь с религиозным культом. В городах Палестины существовали храмовые проститутки «кадеша».[3] Одна из них и «всплывает» в генеалогии христианского Мессии. Блудница Раав «укрыла посланных, которых посылал Иисус (Иисус Навин – авт.) для высмотрения Иерихона» (Ис Нав 6:24). Раав и означает собственно «блудница». По мнению других комментаторов – «раав» можно перевести как «содержательница постоялого двора», что также коррелирует с древнейшей профессией. Название города Иерихон производное от луны (город Йариха т.е. луны), и это позволяет думать, что Раав могла быть последовательницей древнего лунного культа ханаанеев, тесно связанного с храмовой проституцией. Богиня плодородия, которой могла поклоняться Раав, представлялась «сакральной блудницей, и именовалась «Священной». В Египте она изображалась в виде нагой женщины, стоящей на льве с лилией или с лилиями (символ ее чар или ее привлекательности[4]) в одной руке и с одной или с двумя змеями (символ плодовитости) в другой руке. В древних городах ханаанеев было найдено большое количество подобных изображений, выполненных на глиняных пластинках и, скорее всего, изображающих богиню плодородия в роли «священной» блудницы. Вероятно, в каждом доме имелось одно или, даже, несколько подобных изображений».[5]

Функции богини плодородия у западных семитов исполняла Ашера (Асират, Ашторет) супруга бога Илу (Эла) - создателя неба и земли, Вечного отца вне возраста, отца лет. Также Ашера ассоциировалась с богиней-матерью, одновременно она выступала и как владычица солёных вод – великая «Асират морская» в угаритской мифологии, покровительница рыбаков. Обнаруженные археологами надписи в Кунтиллет Ажруд и в Кирбет эль-Ком, где упоминаются различные ипостаси бога иудеев: «Яхве Шомрон и его Ашера», «Яхве Теман и его Ашера», «Яхве и его Ашера» позволяют предположить, что данная богиня впоследствии


Collapse )
хрестьянин

К постижению образа Великой Матери богов (3).

-11-

метафорического обозначения женских детородных органов».[1] Иногда Нинхурсаг изображалась в животном виде, а в одном из мифов она оплакивает потерю сына, который оказывается диким ослом:

Мой ослёнок лучшей породы заплутал в степи,

мой жеребец — им завладел враг!

Я, родившая (его) мать, я, вступившая в соитие напрасно,

я, целованная напрасно,

я, понесшая ребенка (?) напрасно!

Я дала жизнь, я дала жизнь, я дала жизнь свободнорожденному сыну.

Ради чего дала я жизнь?

Я была тяжела, тяжела, тяжела свободнорожденным сыном.

Ради чего я была тяжела?

Я, мать, даровавшая жизнь, мои роды, моя беременность —

что выгадала я этим?

Я дала жизнь... он был убит князем.

Что выгадала я этим?

Я дала жизнь... он был убит князем.

Что выгадала я этим?

Я дала жизнь осленку лучшей породы;

владетель оседлал его. Что выгадала я этим?

Я дала жизнь сильному мулу, владетель привязал его у себя.[2]

Учитывая эротический символизм культа осла, можно предположить определённую связь с мифологемой священной блудницы. Если главный атрибут осла - фаллос, то первая ассоциация со священной блудницей - это её матка. Более того, попробуем с этой точки зрения посмотреть на рождение Иисуса. Так sag-tur («внутренность загона» или «хижина для рождений») – шумерское название матки. Осёл также выступал как символ солнечного божества, иногда и небесному Яхве придавали ослиный образ. Мария же во многом вписывается в контекст представлений о хтонической богине, а «женское божество плодородия, мать-земля, имеет своего супруга, бога небесного, который оплодотворяет её светом и влагой. Боги неба и земли ежегодно справляют свой священный брак».[3] В рождественской истории довольно чётко прослеживается древний религиозный архетип, присутствующий в мифах о зачатии молодых богов в результате иерогамии между небом и
Collapse )