May 26th, 2017

хрестьянин

Розанов о православном духовенстве.

До Революции православное духовенство больше тянулось не к народу, а к миру господствующих привилегированных классов, преимущественно к дворянству. При этом их культура, их нравы, их внешний облик, даже их язык был совершенно чужд народу-крестьянству, воспринимался как мир другой расы, иностранцев. Эту клановость, сословность, классовость духовенства подметил Василий Розанов. "Духовное лицо, - пишет он, - прикасается к духовным же; и они все слежались в ком твёрдый и непроницаемый. У них есть свои сомнения, но не наши, своя боль - и тоже не наша. Нашей боли и наших сомнений они никогда не почувствуют, и в глубочайшем, в душевном смысле - мы просто не существуем для них, как в значительной степени - и они для нас. Печально, но истинно".

Collapse )
хрестьянин

О слепых вождях слепых.

У Карсавина прочитал: "К Этьену Бурбонскому пришла одна женщина и просила сжечь её как еретичку. Она верила в некоторые еретические учения катаров, но не хотела в них верить и предпочитала ереси смерть. Во что же она верила? Она и сама этого не знала; кажется, в ересь, но хотела верить по-католически. Но как верить по-католически, она не знала. Церковь пыталась вселить в сознание мирян хоть основные истины христианства, но практически дело не шло дальше обучения "Символу веры" да "Отче наш", и даже, опасаясь ереси, сама предписывала священникам, проповедуя мирянам, не слишком вдаваться в догматические вопросы. И если бы возможно было подвести итог верованиям любого средневекового мирянина, оказалось бы, что истинной веры у него нет и он еретик. Однако все были убеждены в истинности, кафоличности своей веры, предполагая её существование или совсем не думая о том. И единственным различением между еретиком и католиком было подчинение последнего авторитету Церкви, готовность верить ей во всём, готовность отрицать свою веру и признавать веру церковную, даже если что-то в ней незнакомо и непонятно. Таков был идеал истинного сына Церкви и такова была действительность".

Collapse )
хрестьянин

Розанов об инквизиции.

Инквизиция вошла в мир неприметно. Крестовые походы на защиту Гроба Господня от неверных Востока мало-по-малу укоренили в умах понятие о богоугодности преследования и истребления врагов Христова имени. Поэтому учреждение инквизиционных трибуналов никто не заметил! Когда те пять-шесть кардиналов, которые постановили "сжечь" и действительно сожгли кого-то, - то никому решительно не пришло на ум спросить: "не впали ли они в ересь? не отделиться ли нам от них?" (В. В. Розанов)