На сайте LIFENEWS прочитал, увы, вполне привычную историю о том, как постсоветские бюрократы празднуют победу над фронтовиками..
Соцслужба уговорила фронтовичку уехать в дом престарелых. Племянник пенсионерки умер при загадочных обстоятельствах. После похорон ей указали на дверь
87-летнюю Ольгу Морозову, проливавшую кровь в годы Великой Отечественной войны, попросили освободить квартиру, в которой она прожила почти 50 лет.
Старушка уверена, что стала жертвой махинации, за которой стоят нечистые на руку чиновники.
Неразбериха с квартирой началась, когда ухаживавшая за фронтовичкой работница соцслужбы уговорила ее отлежаться в пансионате «Коньково».
- Когда я туда приехала, у меня сразу забрали паспорт, - рассказывает Ольга Филипповна. - И там, в этом «леваке» (так пенсионерка окрестила дом престарелых), меня прописали.

Ольга Филипповна на старости лет оказалась обманутой теми, за чье будущее воевала.
Уехав в «Коньково», старушка оставила в своей квартире пожилого племянника - лежачего инвалида.
В пансионате фронтовичка прожила ровно полгода. По закону именно столько дается старику, чтобы решить, возвращаться домой или остаться в пансионате навсегда. Если решение так и не принято, пенсионера прописывают в интернате автоматически.
Пенсионерка несколько раз порывалась покинуть пансионат, но его сотрудники говорили, что курс лечения еще не закончен, уезжать пока рано.
Отпустили Ольгу Филипповну только после неожиданной смерти племянника Сергея - единственного, кто был прописан в квартире ветерана.
- Сережа умер от инфаркта, хотя сердце у него было здоровым, - рассказывает ветеран.
Похоронив племянника, она вновь поселилась в своей квартире. Но размеренная жизнь кончилась, когда в дверь пенсионерки постучали люди из Департамента жилищной политики Москвы и попросили освободить жилплощадь.
- Оказалось, я прожила в пансионате шесть месяцев и 3 дня и не высказала желания вернуться домой, - объясняет Ольга Морозова. - Теперь моя квартира переходит государству.
В Департаменте жилищной политики говорят, что старушка виновата сама.
24 февраля в квартиру Ольги Филипповны заявилась комиссия Дирекции единого заказчика, чтобы составить акт о незаконном проживании. Теперь, судя по бумагам Департамента жилищной политики, «свободная жилплощадь» должна «поступить на реализацию».
- Я воевала на Юго-Западном фронте, была связистом на Втором Украинском, - говорит Ольга Филипповна, перебирая дрожащими руками удостоверения - свидетельства былой доблести. - После войны здоровье пошатнулось. Неужели я не заслужила спокойной старости?
========================================
Прочитав сию печальную историю, я невольно вспомнил о судьбе искалеченных на войне фронтовиков, которых, по решению советских чиновников, отлавливали на улицах городов и отправляли в спец-интернаты, где они доживали свои жизни за решёткой в тюремных условиях.
"....В 1950 году по указу Верховного Совета Карело-Финской ССР образовали на Валааме и в зданиях монастырских разместили Дом инвалидов войны и труда.
Не праздный, вероятно, вопрос: почему же здесь, на острове, а не где-нибудь на материке? Ведь и снабжать проще и содержать дешевле. Формальное объяснение: тут много жилья, подсобных помещений, хозяйственных (одна ферма чего стоит), пахотные земли для подсобного хозяйства, фруктовые сады, ягодные питомники, а неформальная, истинная причина: уж слишком намозолили глаза советскому народу-победителю сотни тысяч инвалидов: безруких, безногих, неприкаянных, промышлявших нищенством по вокзалам, в поездах, на улицах, да мало ли еще где. Ну, посудите сами: грудь в о-р-д-е-н-а-х, а он возле булочной милостыню просит. Никуда не годится! Избавиться от них, во что бы то ни стало избавиться. Но куда их девать? А в бывшие монастыри, на острова! С глаз долой - из сердца вон. В течение нескольких месяцев страна-победительница очистила свои улицы от этого "позора"! Вот так возникли эти богадельни в Кирилло-Белозерском, Горицком, Александро-Свирском, Валаамском и других монастырях. Верней сказать, на развалинах монастырских, на сокрушенных советской властью столпах Православия. Страна Советов карала своих инвалидов-победителей за их увечья, за потерю ими семей, крова, родных гнезд, разоренных войной. Карала нищетой содержания, одиночеством, безысходностью. Всякий, попадавший на Валаам, мгновенно осознавал: «Вот это все!» Дальше - тупик. «Дальше тишина» в безвестной могиле на заброшенном монастырском кладбище...."

Это не карикатура - это портет реального инвалида войны, жителя о.Валаам
В СССР было много домов инвалидов подобно Валаамскому. Примерно то же самое происходило во всех крупных городах Совдепии, и в один прекрасный день тысячи нищих и попрошаек из числа инвалидов войны были по приказу Сталина отправлены чекистами в такие вот глухие клети - подальше от глаз, чтобы не мешали коммунистам строить социализм и рассказывать народу, какую распрекрасную страну они построили и как вольно в ней дышится человеку. А ведь у многих из этих сосланных инвалидов вся грудь в орденах была увешана. "За здоровье русского народа!" - любят вспоминать этот якобы произнесенный однажды Сталиным тост советcкие сталинисты как доказательство величия Вождя и его благодарности русскому народу за Победу и все вынесенные тяготы войны.
В Интернете можно найти много воспоминаний пожилых людей, как, например, комментарий блоггера Александра Нагайцева:
"Я родился в 1956 г. Рос в Апрелевке. Иногда мы (отец, мать и я) ездили в Москву на электричке. На каждой станции в вагон мужики заносили грязных и вонючих инвалидов на тележках, они ходили и просили деньги. Им давали все, по чуть-чуть, но все, кто был в вагоне.
Они шли к выходу, их выносили, ставили на перрон и они ехали к пивному ларьку. Зрелище, действительно, тяжелое. Пара таких инвалидов жили с нами в одном бараке, в конце его. А потом все они враз исчезли. Я спрашивал отца: "куда делись дядя Виктор и дядя Вася"? Не знаю, сколько их было во всей Апрелевке, но думаю не меньше сотни - двух. Это только те, кого я видел на улицах и на перроне.
Совершенно ясно, что их всех собрали и "убрали". Уж больно все сразу исчезли из бараков и улиц.
Сейчас я сам - старый. Нет сил, болезни, не выхожу из дома. Считай, сам - инвалид. И я с ужасом думаю, а ведь случись чего, так и меня власть отвезет на Валаам и прикончит!
Так какая же разница между Гитлером и Сталиным?
А отношение всяких писак к этой теме определяется только тем, по какую часть колючей проволоки находились они и их родные в сталинские годы, внутри лагеря или снаружи".