Хрестьянин (ltraditionalist) wrote,
Хрестьянин
ltraditionalist

Categories:

Тайны лабиринта. Часть 2.

Смерть и возрождение

Достаточно много исследователей сходится на мысли, что у многих народов лабиринты ассоциировались с религиозными понятиями смерти и возрождения, поэтому и заняли основное место в ритуалах, призывающих весеннее плодородие на смену долгой зимней «смерти» солнца. Найти путь к центру означало пройти весь жизненный путь. Центр лабиринта – это конец пути, то есть смерть, но также и новое рождение – возрождение на новом уровне.

Лабиринты были излюбленным местом инициации во многих древних культах. Остатки этих мистических лабиринтов сохранились у американских индейцев, индусов, персов, египтян, греков, не говоря уже о наших северных лабиринтах. Некоторые лабиринты представляют собой просто хитросплетения дорожек, выложенных камнями; другие лабиринты были буквально милями мрачных пещер под храмами или же под горами. Мэнли Холл пишет, что «знаменитый Критский лабиринт, в котором обретал Минотавр с головой быка, был, без всяких сомнений, местом инициаций в Критские Мистерии».

В предыдущих главах мы говорили о Сераписе, и в контексте данной главы, следует добавить, что особенностью ритуалов Сераписа были лабиринты. Е. Бадж в своей книге Боги египтян» описывает Сераписа в стиле Минотавра, с телом человека и головой быка. Мэнли Холл пишет: «лабиринты были символами обременённости и иллюзорного характера низшего мира, по которому душа скитается в поисках истины. В лабиринте обитает низшее животное – человек с головой быка, который хочет уничтожить душу, запутавшуюся в мирском невежестве. В этом отношении Серапис становится Советчиком или испытателем, проверяющим душу, ищущую воссоединения с бессмертными. Лабиринт, без сомнения, представляет солнечную систему, а человек-бык – солнце, обитающее в мистическом лабиринте планет, лун и астероидов».

 Лабиринт заключает в себе глубокие сакральные связи с основными элементами бытия. Классический одноуровневый лабиринт содержит 7 различных троп, а его центр является 8-й тропой, ведущей к Небу. Семь троп символизируют семь чакр, семь энергетических центров. Они также связаны с семью цветами спектра. Наш трёхмерный материальный мир семеричен, но сейчас всё человечество переходит на ноту «До» новой октавы. Мы проходим Восьмые Врата, выходим на Восьмую чакру, вне тела и поэтому Восьмая тропа лабиринта это не просто центр – это выход в новое измерение.

Ю. В. Андреев считает, что идейная схема лабиринта типологически близка, например, сказке "Мальчик с пальчик и его братья", или сказкам с похищениями в русской традиции. Эта необходимость прохождения, преодоления различных препятствий, встречи с чудовищами, с привидениями, великанами и т.д. Герой для того, чтобы вернуться домой, должен пройти "огонь, воду и медные трубы". И он возвращается, но уже с приобретенными новыми качествами (Иван-дурак – Иван-царевич). Т.е., проходя через эти испытания в сказочных пространствах, герой приобретает качества этих пространств, их мудрость, и смерть там всегда самый живой и реальный персонаж.

В средневековом Китае монахи буддийских и даосских монастырей, пройдя курс обучения, должны были пройти через "галерею смерти" – лабиринт, оборудованный различными ловушками и вооруженными манекенами. Здесь было только два выхода: победа или смерть. Подобного рода практики имели основание в философии буддизма и даосизма. В египетских мистериях также присутствовали испытания лабиринтом. Истинная жизнь является через смерть, ибо истинная жизнь гнездится в том, кто «отрекается от жизни». Знаменитое высказывание Ошо говорит о том же: «Только когда тебя нет, ты по-настоящему есть».

 Правила прохождения лабиринта очень просты: надо идти только вперёд, не спешить и не оглядываться. Во многих мифах и притчах мы встречаем это: «не оглядываться», а оглянулся и превратился или в «соляной столб» или потерял свою Эвридику. А по поводу спешки прекрасно выразился Сенека: «Таким образом, люди только удаляются от достижения той цели, к которой стремятся, и чем сильнее стремятся к ней, тем больше затрудняют себе путь и только идут назад. Так именно бывает с теми, кто торопится выйти из Лабиринта. Сама торопливость замедляет их».

В замке Дампьер-сюр-Бутон сохранилась геометрическая фигура, которую называют Лабиринтом Соломона. Рядом с лабиринтом надпись: FATA. VIAM. INVENIENT. – Судьба проторит себе путь.

Итак, главное действующее лицо в Лабиринте, как обряде инициации, Смерть (Воскрешение). Лабиринт, заключающий в конечном ограниченном пространстве бесконечное и вечное – это инструмент соединения трех миров: Неба – Земли – Аида. Движение в Лабиринте – модель бесконечного эволюционного пути.

Таким образом, в мифах о Лабиринте закодирована информация об универсальном планетарном механизме, обеспечивающем расширение человеческого сознания в рамках триады Земля – Человек – Космос, и хранящемся в коллективной памяти человечества. Реализация этого механизма возможна на различных культурных уровнях и в любой форме. Вот почему мы встречаем лабиринты во всех частях света и во всех временных рамках, и если современная наука говорит о возникновении лабиринта около 5 000 лет тому назад, то это далеко не так. Лабиринт, как универсальный космический символ существует с момента существования человечества и отражает вечные архитепические истины эволюционного пути человека к высшим уровням сознания.

И в заключение этого раздела поговорим о пещерных лабиринтах, т.к. в следующей главе нам предстоит спуститься именно в такой лабиринт вместе с нашим героем Тесеем.

Рене Генон в своей известной книге «Символы священной науки» задаёт вопрос: «Почему на вратах пещеры Сивиллы Кумской изображены Критский лабиринт и его история?» и сам отвечает на него: «Этот факт имеет реальную символическую ценность, основанную на тесной связи между лабиринтом и пещерой, сопряжёнными с одной и той же идеей подземного странствования». Автор пишет, что здесь прослеживается определённая связь между древними погребальными и инициатическими мистериями, но отожествление их символики откроет только половину истины. Хотя в силу аналогии, существующей между обычной смертью и «смертью» инициатической, одно и то же символическое описание можно отнести к обоим случаям, т.к. этот процесс можно определить, как «второе рождение».

Пещера, как место Рождества просматривается во многих религиях, о чём мы говорили выше. Это основной символ христианства, но и зороастризм определяет местом рождения Митры – камень, т.е. пещеру, что в дальнейшем нашло своё выражение в митраизме. Связывая эти два, казалось бы , противоположных понятия: смерть и рождение, можно увидеть, что, «в конечном счёте, есть лишь два лика одной и той же перемены состояния, и что переход от одного состояния к другому, всегда рассматривался, как осуществляющийся в темноте. В этой связи можно напомнить символику пшеничного зерна в Элевсинских мистериях».

Дж. Найт (1937 г.) говорит о двойном основании лабиринта – в том смысле, что он открывает или запрещает доступ к определённому месту, т.е. здесь присутствует идея «селекции», которая связана с допуском к инициации. Лабиринт в определённых случаях служил допуском к неким святилищам так, чтобы соответствующие ритуалы исполнялись по мере самого его прохождения. Другим примером подобной символики является «паломничество». В этой связи можно вспомнить о лабиринтах, начертанных на плитах пола некоторых церквей (см. выше), прохождение которых считалось «замещением» паломничества на Святую Землю. «Если точка – центр лабиринта, в которую приводит этот путь, олицетворяет место для «избранных», то это место и в самом деле является «Святой Землёй» в инициатическом смысле этого выражения». Иными словами, эта точка – образ духовного центра, достижение которого является смыслом любой инициации.

Относительно происхождения самого слова «лабиринт» Рене Генон высказывает следующее предположение: «Похоже, что и слово «лабиринт» и «лабрис» (labrys) двойная секира,  производны от древнего слова, обозначающего камень (корень «ла» la, откуда греческое «лаос» laos, «лапис» lapis, по латыни), так что этимологически «лабиринт», мог бы быть не чем иным, как каменной конструкцией, относящейся к разряду «циклопических». В одном из следующих разделов мы будем говорить о древнем египетском лабиринте, и возможно это является подтверждением слов автора.

 Если пещера, во многих случаях, является местом совершения инициации, то лабиринт, как считает Рене Генон, является местом предшествующих ей испытаний и не может быть ни чем иным, кроме как ведущим в пещеру путём и одновременно препятствием, закрывающим доступ в неё «непосвящённым». В Кумах лабиринт изображён на дверях и можно предположить, что Эней, когда он остановился перед дверями, чтобы рассмотреть их, мысленно проходил лабиринт. Подобный же вариант относится к изображениям лабиринтов на стенах домов в Древней Греции, как защите от злотворных влияний.

По мифологии Критский лабиринт располагался под землёй, в подвалах дворца. Рене Генон: «В случае, когда лабиринт находится в связи с пещерой, последняя, которую он окружает своими изгибами и в которую, в конце концов, переходит, уже в силу этого занимает внутреннюю центральную точку. Это согласуется с символикой центра. В свою очередь этот центр пещера, открывает доступ не только к областям подземным, но и к сферам надземным. Соответственно центр лабиринта, соотносясь с понятием центральной точки, как на уровне макрокосмическом, так и на уровне микрокосмическом, осуществляет связь со всеми высшими и низшими состояниями. Только таким образом пещера-лабиринт может являться завершённым образом мира, поскольку все эти состояния одинаково должны здесь отражаться».

Tags: Традиция, инициация, символика, язычество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments