Хрестьянин (ltraditionalist) wrote,
Хрестьянин
ltraditionalist

Categories:

"Бородатые Венеры" древности.

Комментарии Василия Розанова на "Религии древнего мира" архимандрита Хрисанфа.

..."Кедеши Молоха и Астарты обязывались к жертвам иного рода. Бог разрушения и враг жизни умилостивлялся самоистязаниями и требовал уничтожения той силы, которая служила к продолжению существования на земле человеческою рода, - половой силы. Известны были огненные очищения,<<1>> или прохождения через огонь в честь Молоха; жрецы его резали себе тело и бичевали себя. Ещё более распространено было скопчество. Кедеши, т.е. "святые", "священники" Молоха и Астарты, были кастрировавшие себя так называемые galli <<2>>. Сцены этого обряда, сопровождавшиеся неистовством, поразительны. Греческие писатели передают, что среди раздирающих (печальных? грустных? - В. Р.) звуков музыки и пения они резали себе руки и бичевали себя; а юноша, которому приходила очередь оскопиться, срывал с себя одежды <<3>> и, что-то неистово выкрикивая <<4>>, хватал нож и отсекал свой детородный член. Вслед затем он бежал по улицам города, держа в руке отрубленный детородный уд, и, войдя в первый попавшийся дом, - потрясая, показывал его найденной там женщине и бросал к её ногам <<5>> (Movers. "Ueber d. Relig. d. Phoeniz". S. 684-685). Женщины в честь Небесной Девы, Астарты, - также обрекали себя на всегдашнее безбрачие <<6>>. В связи с такого рода посвящением <<7>> мужчин и женщин на служение Молоху и Астарте, и сопровождавшими его обрядами, находился преследуемый Моисеем <<8>> обычай, по которому мужчины одевались в платье женщин, и - наоборот <<9>>. Юноши как бы обращались в девушек, после посвящения их божеству, т. е. после того, как они лишались детородных органов. Быть может, в этом отчасти выражалась и мысль о том, что божество есть нечто безразличное по отношению к полам <<10>>. На это указывает свидетельство древних: согласно им, богиня Венера представлялась иногда андрогином (ανηρ + γύνη) и называлась и "Марсом", и "Венерою". Особенно в мистериях признавалась она intriusque sexus <<11>>. Её называли поэтому "Deus Venus", как и сирийскую богиню Луны "Deus Lunus" и "Dea Luna". На острове Кипр была даже "бородатая Венера", "Venus Barbatus". Молох превращался в Мелитту и наоборот. Вот почему мужчины перед Венерой приносили жертву в одежде женщин, а женщины перед Марсом в мужской одежде <<12>>. "Invenies in libro magico præcepi, - говорит Маймонид о религии сирийцев, "ut vestimentum muliebre induat vir, quando stat coram stella Veneris, similiter et mulier induat loricam, quando stat coram Stella Martis"<<13>> (Архимандрит Хрисанф: "Религии древнего мира", т. III, стр. 302-303).

* * *

"В Сидоне, столице Финикии, Астарта - или "Великая Астарта", как здесь называли её, - была верховным божеством и покровительницею города. Самые свойства этой финикийской богини, по общему значению сходной с Ваалит и Ашерой, были, в существе, совершенно отличны. Эта (αστροαρχη) - как по-своему переводили её имя греки, была Девственница, Virgo Cælestis - в противоположность Ашере. Характер её - суровый и мрачный, а культ требовал воздержания и самоистязаний и соединялся обыкновенно с культом Молоха. Её поклонники обязывались к целомудрию и должны были приносить ей в жертву свою страсть и свои чувственные пожелания <<14>>. Санхониатон и её, как Ваалит и Истар, называет "звездою Венеры", но большинство греческих писателей признают её богинею Луны <<15>>. Нет сомнения, что Астарта представляет собою женскую половину Молоха, как Ашера - Ваала. Первоначально, конечно, она была то же, что и Ваалит и Ашера; но впоследствии, параллельно Молоху, который присоединился к Ваалу, в сидонской Астарте воплотилась сторона этого Молоха - элемент, враждебной жизни и её развитию. По крайней мере, тип этой вечной Небесной Девы, суровой, услаждавшейся кровавыми жертвами, ближе всего подходит к типу Молоха... По всей вероятности, за нею оставалось значение не планеты Венеры, как за Ашерою, а Луны"... (там же, стр. 284-285).

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

<<1>> "Они (раскольники XVII века) всё расспрашивали о гари, ужасно интересовались гарью, прислушиваясь, не горят ли где люди, сколько, когда и пр.", - говорит проф. Сикорский в исследовании о самозакопавшихся Терновских старообрядцах (см. главу "Русские могилы"). В этих расспросах уже чувствуется любящая страсть: "И страшно, а как хорошо!", "У, как боюсь, а испробовать бы". Тут влечёт, тянет. Что? Какой ужас! Мне приходилось читывать в медицинских книгах, что некоторые женщины любят оперироваться (о мужчинах этого известия нет). "Женшины особенно религиозны, женщины дали всё религиозное на земле", - как-то обмолвилась в разговоре со мною грустная Л. И. Веселитская (Микулич). И об "операциях", и о "религиозности" можно сопоставить. Есть какая-то религия грусти, есть какая-то религия ужаса и грусти, "далёкая от земли", "caelestis" ["небесный" - лат.]. Тут какой-то другой корень, совсем иной, чем на каком держатся цветы, плоды, радость мира. Другой и сильный, другой и необоримый. В "Молохе-Астарте" древние и схватили, и уловили этот другой корень, и в трепете поклонились и ему. "Ваалу - соития, деторождение! Молоху - смерть, самосожжение, гарь (у русских), могила!". Я хочу, однако, обратить внимание на то, что ощущение Молоха (и Астарты) не присуще сплошь человеческому роду, а некоторым как бы вкраплённым в человеческую породу частицам, индивидуумам, душам, которые врождённо неспособны к браку и никогда не будут иметь детей, хотя и имеют детородную систему внешне правильно выраженную. Это - "те, которые не осквернились с жёнами: ибо они - девственники", и которые "последуют за Агнцем всюду, куда он ни пойдёт" (Апокалипсис). Чтобы знать, за каким "Агнцем" последуют девственники, нужно раскрыть громадный (12 фолиантов) атлас научного путешествия Лепсиуса в Египет и обратить внимание на сфинксы-бараны (овны, "агнцы"), какие рядами стояли при входе в египетские храмы: форма головы их несколько удлинена и отступает от натуры настолько, что дает почувствовать желание сказать ее фигурою о чем-то другом. С другой стороны, перелистав весь атлас, мы встретим "это другое", изваял которое художник-жрец отступил от натурального его вида и сблизил с головою барана, особенно через посредство спускающихся вниз и закругляющихся рогов. Хотя, впрочем, и рога отвечают некоторой линии в натуре вещи ("этой другой вещи"). На все эти сближения я не имел бы права, если бы наблюдения новых биологов не показали, что абсолютные, врождённые девственники, иногда уничтожающие у себя детородные органы, или сводящие их к "нет", посредством бандажей особого рода - у других... "во всём последуют Агнцу", как об этом рассказал - по собственным словам "в дифирамбах", т. е. поэтически и патетически, - Платон в "Федре". - "И не опасайся (такой "девственник") показаться безумным - он зажигал бы (перед отроком-любимцем) лампады" (религия, обожествление заживо, на земле ещё). Всё это неясно в отрывках, но становится совершенно ясно, если годы продумать над темою, и много читать о ней. Египет и его бараны-сфинксы были ещё натуральной очевидностью в эпоху написания Апокалипсиса. Заметим также, что египетские божества, культ и изображения (см. монеты) были распространены во всей Малой Азии и в Сирии, где был написан "Апокалипсис". В. Р-в.

<<2>> Жрец Кибелы (лат.).

<<3>> Вероятно - блестящие, "мирские", весёлые, нарядные. И вообще всё это весьма похоже на наш постриг в монашество, но лишь выражено жёстко и решительно, "до конца", как это соответствует наивной и откровенной тогдашней культуре. В. Р-в.

<<4>> Вероятно - подобное нашим "обетам отречения": что он "никогда не взглянет на женщину, не соблазнится женщиною", и, может быть, что "отныне, сверх целомудрия, будет хранить и смирение, послушание" и проч. и проч. Зерно дерева, конечно, не похоже на дерево, но оба - одно: как бесспорно имеет что-то одно в себе эта история с "галлами" у древних и у нас пострижение в вечное девство... Хотят одного ("не оскверниться с женами"), значит - одно! В. Р-в.

<<5>> С презрением, как бы сделали теперешние (неискренние и непоследовательные монахи), будь они физически верны духовному обету. "Вот - это твоё (женщины), мне его - не надо! Возьми своё добро и наслаждайся им: а я - другой! святой! ("кедеш", "священник"; как у нас "монах" всегда кажется "святым" сравнительно с семейным священником. "Самый худой монах всё же лучше самого добродетельного священника" - аксиома монастырей). В. Р-в.

<<6>> Совершенная аналогия посвящению у нас в монашестве обоих полов! "Аналогия" потому, что здесь и там это религиозно, там и здесь это - культ, религиозный обряд, религиозная церемония, "церковное торжество" (как у нас всякое "пострижение"). Торжество чего? Ясно видно, вслух сказано (у нас - с оговорками, ибо, уже по Нестору, "греки издревле льстивы суть", т. е. уклончивы, неправдивы, не прямы, любят ласковые слова, облекая в них жёсткую или ужасную действительность). Это - "торжество", т. е. достигнутая цель, давнишняя мечта "не иметь ничего общего с женщинами", не касаться их, не скверниться с ними... "Гадко! мерзость!" - вот суть Федра-Платона, древнего "галла" и нашего монаха. Это неодолимое физиологическое (и психическое) отвращение и есть primum всего дела, тот oroxewv, элемент, атом, - из какового и выросло всё "дерево" тогдашнего и последующего аскетизма. В. Р-в.

<<7>> Вот "посвящение", а не факт; религия, а не история. Не "нравы диких", как, вероятно, уже изготовились сказать попики. В. Р-в.

<<8>> Религия плодородия, только плодородия, - у Моисея, у евреев, у Израиля. Историки не догадываются и законоучители не стараются объяснить в классе "на уроках Закона Божия" (= закона чадородия), что уклонения древних евреев в сторону поклонения Молоху и Астарте были постоянные попытки вторгнуться к ним монашеству, девственному духу, безбрачию; на что Израиль и пророки, увлекая и царей, говорили: "Нет!" У нас на уроках Закона Божия всё это представлено так, что "пророки" и "благочестивые цари" Израиля были чуть не монахами, все постились и все молились, по примеру Филарета Московского или "в предтечу" Филарета Московского; а "гнусный культ Молоха" отвлекал их от этого ветхозаветного еще монашества в сторону "осквернения с жёнами"... Забывают законоучители, что святому Давиду, до того старому, что он ничем не мог согреться, якобы "монашествующие" священники Иеговы подложили двух молоденьких девушек!* То-то католики не велят мирянам самим читать Библию, а наши озабочены изданием "учебной Библии", с пропуском таких и аналогичных мест! Но неизвестно, где "дух снятый", в Библии или в семинариях и духовной цензуре. Последние ещё никого не "спасли", а Библия выучила молиться весь род человеческий. В. Р-в.

<<9>> Т. е. не то, что мужчина наденет платье, которое сняла с себя женщина, и обратно; а мужчины одевались в женские, женоподобные платья, в платья женского покроя (теперешние наши духовные одежды); а женщины-"кедеши" одевали платье мужского покроя. Здесь и выступает (у мужчин-кедешей) "Агнец, за которым вы будете всюду следовать"... Но не будем предупреждать биологических наблюдений. В. Р-в.

<<10>> Тупая мысль автора книги. Впрочем, естественная: проводить свою "духовность", что "Бог есть дух" и что всё "религиозное" есть только духовное, бесплотное, (якобы) бесполое. О том, что самый дух имеет пол, и духовные явления и таланты явно распадаются на мужественные и женственные, на мужские и женские - этого ему, конечно, не приходит на ум. В. Р-в.

<<11>> Обоюдо-полою, дву-полою: так неужели же обладание в одном "я" обоими полами, такая "через край" - полость, есть то же, что вне-полость, без-полость, сухое дерево или "чистая духовность". До чего духовные не понимают даже грамоты тех предметов, о которых пишут; и все, между тем, стараются "изъяснять"-. В. Р-в.

<<12>> Характерно... Мужчины, подходя к женскому божеству, не осмеливаются быть одетыми в своё мужское одеяние, к которому, очевидно, богиня питает отвращение, а должны переодеться в женщину, в каковом виде "пилигрим" уже допускается богинею перед своё лицо... Но пусть (духовные объяснят) богиня-Дева не хочет, застенчива быть увиденною мужчинами, отвращается увидеть мужчин. Но тогда зачем же женщины перед stella Martis являются мужчинами? Марс и вообще "мужской пол" уже не пренебрегают женщинами и не избегают их встреч. Неправдоподобное в Марсе, - очевидно, это и в Венере неверно. Дева-богиня, stella Venus, "Небесная Дева" говорит: "я хочу только женщин, мужской род мне ненавистен"; муж-Марс, "Небесный (stella) Марс" говорит: "мне угодны только мужчины, юбок и корсетов я не выношу". Вс` это глубоко связано с оскоплением ("галлы"); и вообще поклонение объясняет культ и, в свою очередь, разъясняет себя и свою метафизику в культе. В. Р-в.

<<13>> Ты прочтёшь, что в магической книге предписано: мужу облачаться в женские одежды, когда пред глазами стоит Венера, и точно так же жене облачаться в кольчугу, когда восходит Марс (лат.).

<<14>> Если бы не обычный "двоящийся язык" духовных авторов, как было бы всё ясно, каким светом залилась бы Библия. "Служительницы Астарты были монахини", "нечестивые цари Израиля и царицы, как Иезавель, наполнили дворец свой монахами и монахинями", каковых стоятель Божий "порубил при потоке Кедронском", когда они взывали к глухому богу о дожде, как и теперь он таких же не очень слушает "о дождичке"... И всё было бы ясно! О, как всё ясно! Из Финикии, из Сирии, уже задолго до христианства возникшее там монашество, "galli", силилось прорваться к храму Иеговы, с золотою виноградною гроздиею в нём, где всё было плодородие и плодородие, чадородие и чадородие! Но не удалось тогда; пока "камня на камне не осталось от храма" Иеговы, и вот тогда всё "удалось"... Меланхолические звуки полились в истории, а тёмные монашеские тени забегали во всех храмах, от Рима до Вологды, от Иерусалима до Аранжуэца. В. Р-в.

<<15>> Мифологам и историкам давно бы пора оставить такие ничего не значащие выражения, как "богиня Луны", "божество солнца" и пр. Это как бы об Иверской Божией Матери кто сказал "божество дерева" или "известное божество городских врат Китай-города" (в Москве). Разумеется, в древности говорилось о божестве лунных свойств, о божестве лунного характера, вот этого не рождающего и светящего, грустного, манящего, нежного, влюбляющего в себя и как бы ласкающего влюблённых, но именно только влюбленных - до сближения. Все женихи и невесты почему-то "смотрят на луну", чего и на ум не приходит супругам, даже самым любящим, очень любящим. Совсем другой колорит любви! Супруги любят солнышко. Почему? Кто разгадал? Луна запрещает "очень любиться", вот "сближаться"; "грозит с неба пальчиком". "Полюбуйтесь, помечтайте, но - и довольно". Это - монашеская любовь, прогулки по полю влюбленных монахинь, грустных, молчаливых, не знающих, что делать со своею любовью, не нашедших тогда еще "предмета"... Это несчастная или преступная любовь, не нормальная, ничем не кончающаяся, которой положены роковые пределы. Мечтательное начало с тем вместе есть и жестокое: ведь сантиментализм Руссо родил фурий террора, как был сантиментален и Робеспьер... В мечтах родится идеал; а идеал всегда бывает и особенно ощущает себя оскорбленным действительностью. Идеал и "луна" не знают компромиссов... Луна и ночь - уединенны: опять - это монашеский зов! Все это совершенно обратно горячему солнышку (Ваал и Ашера), ясному, пекущему, выгоняющему из земли траву, выгоняющему из стволов древесных сладкую камедь (сок), от которого цветы расцветают, пестики цветов опыляются, а тычинки и околоплодник цветов наполняются нектаром. И, наконец, все зреет к августу, когда тяжелые гроздья, яблоки, всякие плоды склоняют почти до земли ветки дерев. Солнце - супружество (совокупление), солнце - факт, действительность. Луна - вечное "обещание", греза, томление, ожидание, надежда: что-то совершенно противоположное действительному, и очень спиритуалистическое. В. Р-в.

Tags: религиоведение
Subscribe

  • Плакальщицы (2).

    При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина (Евангелие от Иоанна, 19-я глава). Интересно, что…

  • К вопросу об истоках культа фаллоса.

    Я не берусь за истолкование смысла и значения этого петроглифа из Швеции, - отмечу лишь самое очевидное: голова гигантского змея и головка фаллоса…

  • О "свальном грехе" (2).

    В продолжение статьи " О свальном грехе". Православные сектоведы в своих кабинетных "исследованиях ереси хлыстов" писали, будто…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments